Лично знаю и крымчан и ребят из ЛДНР. Вместе с ними учился в университете.
То что хохлы, озверевшие после майдана, делали на Донбассе - наслушался сполна.
Еще все спорят чей Донецк Луганск, Хаоьков, Одесса - Росси или Украины, приводят какуюто историю, что то докпщывают. Но правильный ответ один - это земля тех людей которые там живут, у кого там могилы дедов, преаделов.
Это пост Жени из фейсбука. Просто кидаю ниже.
Я выехала из неспокойного Донецка в июне 2014 года в родной Докучаевск (Донецкая область), на въезде в который указатель с надписью “Докучаевск” маяковал маленьким желто-голубым пятном, что это (всё ещё) территория Украины. Была. На протяжении ещё одного-двух следующих месяцев. Звуки войны доносились до нас из соседнего посёлка, откуда (судя по всему, не очень успешно) продолжала проводиться так называемая “антитеррористическая операция”. В шесть часов утра я просыпалась от приглушенных “ба-бахов” со стороны посёлка. На протяжении нескольких дней это заставляло нервничать, но так как опасность оставалась на расстоянии, я стала просыпаться… и снова засыпать. Человек умеет привыкать к немыслимым, казалось бы, вещам.
Однажды относительно спокойная жизнь в “серой” прифронтовой зоне закончилась – без какого-то видимого и ощутимого переворота, без падающих на голову бомб – однажды утром мы просто проснулись в ДНР. Война стала ближе и громче. И в октябре 2014 года, осознав, что проблему не решить валерьянкой, я тоже начала собирать чемодан. Только уже не с летними вещами. Мои родители (как и родители многих моих друзей и знакомых, уехавших из зоны боевых действий) отказались уезжать из Дома…
Я же, уехав от звуков войны, ещё около месяца вздрагивала от внезапных, но безобидных грохотов и привыкала к мирной реальности. Ещё дольше я с недоумением наблюдала, как люди веселились, и не могла принять участие. Помню, как сбежала с офисной вечеринки от весёлых разговоров и музыки. Я не могла веселиться. Как можно веселиться, когда звонишь родителям, а они рассказывают, что сегодня в город опять “прилетело”?.. Называют улицы, номера домов, и ты устраиваешь в голове свой личный вид гугл-мэпс, ходишь там электронным человечком и думаешь, как бы оградить на этой "карте" свой Дом, так чтобы никогда, никогда... А спустя время родители говорят, что задело осколком край балкона, разбилось стекло. Господи, думаешь, хорошо, что деньгами… Папа меняет стекло. Жизнь продолжается. (Продолжается ли? Мама как-то сказала, что эти семь лет просто вырваны из жизни. Пока семь…)
Так и живёшь в двойной реальности — мирной вокруг тебя и военной по ту сторону телефонной трубки.
Со временем учишься веселиться и радоваться жизни без угрызений совести. Но всё равно звонишь, переживаешь, скучаешь.
Отчётливо помню, как спустя пару лет вдали от Дома, я шла по мирной и прекрасной Одессе, возвращаясь с пляжа, отдохнувшая и загоревшая (казалось бы, что ещё нужно для хорошего настроения?). Но, разговаривая с мамой по телефону, я сглатывала ком ностальгии и тоски по Дому. И только свернув с людной улицы в тихий одесский дворик, я позволила себе разрыдаться. Прямо в трубку. Кому же ещё поплакаться о том, как тебе не хватает Дома, как не маме? (Позже эти чувства переплавились в слова в стихотворении “Дом”).
Я верю, что когда-нибудь приеду Домой. Страшно только понимать уже сейчас, что Дом не будет таким, как прежде. Он будет нести на себе отпечаток тех событий, которые истерзали его и которые невозможно повернуть вспять.