хуль. и стереть могут как мариуполь

Крылатые выражения в исполнении нейросетей 😎

2009 год. Ведущая не стала переводить вопрос на русский, Башаров ответил на татарском.

🐖 А как же обещанный обмен?

Никакие договоренности между Украиной и РФ при посредничестве США не дадут гарантии, что на российские НПЗ перестанут прилетать анонимные дроны, и анонимные СВУ перестанут точечно убивать "врагов украинства". Никакой 100-500 километровый "пояс безопасности" не принесет мир и покой, а учитывая, что его предлагается провести по "освобожденным" территориям, это выглядит примерно такой же самоиронией, как идея создать "музей украинской оккупации" в Судже вместо того, чтобы привести её в порядок. Но всё это беспокоит не более, чем любое другое разбитое корыто. А вот что по-настоящему беспокоит, так это пассивно-страдательная установка, намертво вбитая последними годами в сознание российского общества: что именно придёт на смену СВО, что будет занимать нас ближайшие годы? >>> Нас отучили придумывать себе дело и выбирать себе путь. Куда бы мы ни протягивали свои руки, по ним все время били, теперь мы просто сидим и ждём, что дальше придет в голову нашему креативному дрессировщику: инопланетяне, всемирный голод, новая великая депрессия, что-то ещё? Сознательная воля общества как будто пожухла и сморщилась под давлением угроз штрафов и сроков "за дискредитацию", и спряталась под плинтус. Мы тихо удивляемся, читая про очередные украденные и потерянные миллиарды, тихо хихикаем над тупостью госмашины, тихо вздыхаем над очередными её "не шмогла". Никто не призывает создать новую партию или движение, никто не предлагает себя в президенты – такие мысли не вызывают уже даже улыбку, только вялый, рефлекторно-усталый испуг. Остались только работа, деньги, развлечения, духовная жизнь и творчество – опять же, в нейтральных от политики рамках. Ощущение такое, что объяви сейчас власть оттепель – и никто не поверит и не отреагирует, люди будут и дальше осторожны в движениях и выражениях. Нормально так нас воспитали, конечно. Тени Руси

⚡️Трамп признал, что его предвыборные заявления о готовности завершить конфликт на Украине за 24 часа были проявлением сарказма https://t.me/bbbreaking/202484

Ещё три (три? четыре? что с памятью?) года назад казалось, что в мире нет ничего важнее врачей (наших героев), масок (надо носить! нет, вы не имеете права посягать на мои права! нет, вы всех заразите!), обязательных прививок (обязательно надо! нет, там ртуть! да, мы опять обогнали запад, как в великую отечественную!), выходных недель с сохранением заработной платы, дискуссий о «мире, который переходит в онлайн». Попробуйте сегодня завести разговор на тему преимуществ спутника перед пфайзером или расскажите кому-нибудь, как вы ради него поехали колоться в Прагу — вы же, наверное, помните, что такое спутник и что такое пфайзер, и зачем вы туда вообще ездили? Или зайдите в аптеку у дома, попросите там «экспресс-тест» и объясните, что вы имеете в виду. Помните все эти милые приметы времени, как будто взятые из романа-антиутопии про санитарную диктатуру — огромные растяжки над проспектами с фотографиями безусловно героических врачей, мобильные рефрижераторы на Пятой авеню? А помните, были такии сборы на средства индивидуальной защиты? Волонтеры в «красных зонах»? Мемориалы погибшим? Путин в телевизоре раз в неделю? Оповещения через громкоговорители? Таблички с цифрами и графиками? Примерно с той же скоростью вся наша СВО вылетит в трубу, и с этим надо как-то смириться. Может быть, даже чуть быстрее, потому что агитпроп пандемии работал ещё яростнее, чем сегодня — ковид трудно было не замечать, а война в действительности занимает мысли определённой и, на самом деле, довольно узкой категории людей, к которой мы с вами относимся — и поэтому не вполне понимаем, что в массе своей людям на войну плевать. Кому-то (в зависимости от взглядов) кажется, что адская пропагандисткая машина обрабатывает бабушек телевизором, а в стране происходят массовые репрессии, кому-то — что Россия воюет со всем миром за новый христианский двуполярный миропорядок, что где-то там происходят какие-то глобальные переговоры, что Эр-Рияд — это чуть ли не Ялта. Самообман на базе исторической памяти действует не только на тех, кто «за» — своим энтузиазмом они заряжают и тех, кто против. Таким образом, за несколько лет войны у нас уже есть «Курская дуга», как минимум несколько «Сталинградов», около пяти «Брестских крепостей», и вообще мы уже «де-факто» взяли «Берлин» — а потом оказывается, что это всё происходит в отдельно взятых головах — именно наших, не каких-то абстрактных военкоров и телепропагандистов — а нормальным людям, в сущности, все равно. В две тысячи двадцать восьмом году на человека, который будет публично рассуждать о каком-то Мариуполе и Бахмуте, говорить о «Гааге» или задумчиво произносить «вот, прав был дядя Женя», будут смотреть как на идиота — какой еще дядя Женя, что такое Бахмут, кто такой Суровикин? Естественно, все это не относится к тем, кого война коснулась напрямую — к тем, кто потерял близких, или дом, или вернулся инвалидом; но, скажем, «уехавшие» через несколько лет с трудом смогут объяснить, почему они уехали — точно так же, как сегодня уехавшие в какие-то иные времена (например, до две тысячи двадцать второго или две тысячи четырнадцатого) объясняют свой отъезд тем, что уже тогда «все понимали». Как уже говорилось, одна из главных задач пропаганды и управления массовым восприятием — повышение нейропластичности, потому что никому не хочется иметь сто пятьдесят миллионов (или восемь миллиардов) шизофреников, сошедших с ума на почве ряда локальных и быстро сменяющих друг друга конфликтов вокруг одной трубы с газом — слишком мелко и слишком неудобно. Поэтому все это будет забыто уже через несколько месяцев, а Донбассом продолжат заниматься те несколько тысяч человек, которые занимались им восемь лет подряд и для кого это уже давно не хобби — кружки по интересам в подвалах, «спутник и погром», «сборы на БТР для ополчения» и тому подобное. Другой вопрос — что именно придёт на смену СВО, что будет занимать нас ближайшие годы? Я ставлю на инопланетян — но если серьёзно, наверное, какая-нибудь интернациональная борьба с терроризмом. Эрнест и гиперболоиды

Долбоеб он Миллион народа который там был, будет флешбечить еще лет пять

На примере Чеченской войны мы видим, как можно заставить целое общество забыть большую трагедию или не думать о ней. Как похоронить в коллективной памяти воспоминания о войне, сформировавшей режим, в котором Россия проживает весь свой XXI век Форма сохранения прошлого создает мемориальную культуру, в которой травматическое событие не только не забывается, но становится этическим ориентиром для настоящего. Другой подход к работе с коллективной памятью — преодоление прошлого. Он ставит своей задачей интеграцию и примирение разделенного общества, и воспоминание здесь — только средство. Политика забвения удобна для государства: она не вынуждает объяснять причины и итоги войны, «выносить сор из избы». Она не поднимает вопрос о вине и ответственности, не принуждает к юридическим и политическим последствиям. Именно эта стратегия была избрана в отношении трагедии Чеченской войны. Сами же ветераны чеченских войн предпочитают в принципе подавлять или замалчивать воспоминания о пережитом, и часто отказываются от интервью — особенно те, кто находится на территории самой Чечни. Те же, кто соглашаются на разговор, по большей части говорят о чувствах обиды и предательства из-за того, как многое было недоговорено или искажено в государственной риторике. Сами ветераны не получили ожидаемых компенсаций — ни материальных, ни символических. Меры финансовой поддержки ветеранам должен был обеспечить одноименный закон, однако ответственность за его исполнение лежит на региональных властях — так что все зависит от их возможностей и желания. Тем не менее от государства ветераны ждут не столько материальной компенсации, сколько валидации своего травматичного опыта, включения Чеченской войны в официальные нарративы и внятной мемориальной политики, как в случае с Великой Отечественной войной: «Вот в США проходят марши ветеранов Вьетнамской войны, где люди могут надеть свои награды и пройтись по улице. А у нас ничего такого нет… Очень несправедливо, что о нас, ветеранах той войны, не вспоминают. Залезь в тот же YouТube, найдем там вагон материалов по Великой Отечественной войне, фильмы. А по чеченской войне лишь какие-нибудь любительские съемки» В итоге для многих ветеранов так и осталось неясным, за что велась эта война, а долг перед родиной сменил долг перед сослуживцами: «Согласно политинформации, было все просто — это контртеррористическая операция, зачищаем территорию от террористов. А были они действительно террористами или нет — я никогда даже и не задумывался. [Война] невыгодна простым людям. Кто на ней что отмыл — я прекрасно понимаю и знаю. Хотя я благодарен богу, что я там был. Теперь я каждый день как последний живу, за себя и за тех парней, кто там остался» (Александр Коряков, связист 101-й особой бригады оперативного назначения). https://dzen.ru/a/Y0aXVdUGCHMejma4

На примере Чеченской войны мы видим, как можно заставить целое общество забыть большую трагедию или не думать о ней. Как похоронить в коллективной памяти воспоминания о войне, сформировавшей режим, в котором Россия проживает весь свой XXI век Форма сохранения прошлого создает мемориальную культуру, в которой травматическое событие не только не забывается, но становится этическим ориентиром для настоящего. Другой подход к работе с коллективной памятью — преодоление прошлого. Он ставит своей задачей интеграцию и примирение разделенного общества, и воспоминание здесь — только средство. Политика забвения удобна для государства: она не вынуждает объяснять причины и итоги войны, «выносить сор из избы». Она не поднимает вопрос о вине и ответственности, не принуждает к юридическим и политическим последствиям. Именно эта стратегия была избрана в отношении трагедии Чеченской войны. Сами же ветераны чеченских войн предпочитают в принципе подавлять или замалчивать воспоминания о пережитом, и часто отказываются от интервью — особенно те, кто находится на территории самой Чечни. Те же, кто соглашаются на разговор, по большей части говорят о чувствах обиды и предательства из-за того, как многое было недоговорено или искажено в государственной риторике. Сами ветераны не получили ожидаемых компенсаций — ни материальных, ни символических. Меры финансовой поддержки ветеранам должен был обеспечить одноименный закон, однако ответственность за его исполнение лежит на региональных властях — так что все зависит от их возможностей и желания. Тем не менее от государства ветераны ждут не столько материальной компенсации, сколько валидации своего травматичного опыта, включения Чеченской войны в официальные нарративы и внятной мемориальной политики, как в случае с Великой Отечественной войной: «Вот в США проходят марши ветеранов Вьетнамской войны, где люди могут надеть свои награды и пройтись по улице. А у нас ничего такого нет… Очень несправедливо, что о нас, ветеранах той войны, не вспоминают. Залезь в тот же YouТube, найдем там вагон материалов по Великой Отечественной войне, фильмы. А по чеченской войне лишь какие-нибудь любительские съемки» В итоге для многих ветеранов так и осталось неясным, за что велась эта война, а долг перед родиной сменил долг перед сослуживцами: «Согласно политинформации, было все просто — это контртеррористическая операция, зачищаем территорию от террористов. А были они действительно террористами или нет — я никогда даже и не задумывался. [Война] невыгодна простым людям. Кто на ней что отмыл — я прекрасно понимаю и знаю. Хотя я благодарен богу, что я там был. Теперь я каждый день как последний живу, за себя и за тех парней, кто там остался» (Александр Коряков, связист 101-й особой бригады оперативного назначения). https://dzen.ru/a/Y0aXVdUGCHMejma4

По масштабам разобщения, располюсования общества вообще молчу, текущая суть гражданская в этом плане

А где располюсование-то? Ну, да, какая-то доля процента свалила за бугор и теперь громко страдает. У тех, кто остался я особого конфликта не наблюдаю

Чеченская война близко по масштабам участия и потерь не стоит

Речь не о масштабах, а о форматах и инструментах забвения

У половины населения там родня, внезапно ставшая херпойми кем

Инструменты с тех пор прокачали только в путь, согласен Охуеть просто как

мозг человека - это обучающаяся структура, если снаружи в него вводят другие данные - он по-другому и начинает мыслить. Если человек думает не так как система вокруг построена - его называют одним из: (шизофреник, параноик, ебанат)

и если хочешь кушать, то приходится вливаться в систему, отбрасывая данные ярлыки, а там тебе мозг вправят.

А что принципиально изменилось-то? Кроме того, что сейчас практически невозможно ограничить доступ к информации и мнениям?

мозг человека - это обучающаяся структура, если снаружи в него вводят другие данные - он по-другому и начинает мыслить. Если человек думает не так как система вокруг построена - его называют одним из: (шизофреник, параноик, ебанат)

Тебе не получится объяснить)

Скажем так, больше 90% людей вполне податливы пропаганде

Иноагент Варламов не понимает, почему российская экономика не рухнула. «Нам обещали полный коллапс, банковский апокалипсис, дефицит товаров и откат в 1990-е. Но российская экономика на 15 лет назад не откатилась». 📱 Подписаться на «Хуже и не скажешь»

Скажем так, больше 90% людей вполне податливы пропаганде

Для тех, кто интересуется ситуацией на Украине. Странный документ ходит по сети. Вроде это «утечка» реального документа. Некоторые его уже обсуждают. Если интересно, то вот: это якобы план урегулирования на Украине: 1. Остановка военных действий намечена на 1 мая. ВСУ уходят из Курской области и из Донбасса. Армия России уходит из Харьковской области и любых других территорий, которые успеет занять. Запорожская АЭС должна начать работу на энергосистему Украины, туда будут допущены украинские сотрудники; 2. Киев соглашается не предпринимать никаких действий против новых территорий России, но официально не признает их русскими; 3. ВСУ численно сокращается, но модернизируется при помощи НАТО и США; 4. Нейтралитет Украины и отказ от вступления в НАТО. Вступление Киева в Евросоюз до 2030 года; 5. Часть санкций против России снимается постепенно в течение трех лет. Вводится специальная пошлина, средства от которой пойдут Киеву. Украденные у России активы пойдут на восстановление Украины; 6. Гарантами безопасности выступают США, Китай, Великобритания, Франция и Россия; 7. Украина официально запрещает любые нацистские организации; 8. Русский язык становится официальным. К участию в выборах на Украине должны быть допущены партии, выступающие за мирное сосуществование с Россией. Прекращены гонения на этнической и религиозной почве; 9. США и НАТО выводят часть своих воинских подразделений из Восточной Европы и Прибалтики, оставляя там контингент, который был на 22 февраля 2022 года.

Как я и говорил, зря это все с новыми регионами на бумагу положили.

Почему зря? Даже если предположить что этот инсайды правдив, не только у хохлов к нам остаются территориальные претензии, но и у нас к ним. Это гарантия что их в НАТО не возьмут. Повод для войны, если ситуация будет располагать. А если не будет - и хрен с ним, не всегда документы с реальностью бьются. У Тайваня, например, претензии к РФ есть. Ничего, живут)

У Тайваня какие претензии есть?)))

У Тайваня какие претензии есть?)))

Да и нет их официально Не существует